Котёнок, который любил молоко

Глава первая: Миска молока

Жил-был на свете рыжий котёнок по имени Рыжик. Он жил в уютном доме с девочкой Аней и её мамой, и больше всего на свете любил молоко.

Каждое утро Аня наливала ему в миску свежее молоко, и Рыжик уже заранее начинал урчать от предвкушения. Он садился у миски, прикрывал глаза и медленно лакал — так вкуснее. Молоко было прохладное, сладковатое, самое лучшее молоко на свете.

Однажды осенним утром Аня, как обычно, налила Рыжику молока и ушла в дом. Рыжик уже собрался приступить к любимому делу, как вдруг услышал тихий скулёж у забора.

Там, под старой калиткой, сидел маленький щенок. Мокрый, грязный, с прижатыми ушами. Он смотрел на Рыжика большими печальными глазами и дрожал.

— Привет, — сказал Рыжик. — Ты кто?

— Я Шарик, — тихо ответил щенок. — Я потерялся. Давно уже. Очень есть хочется.

Рыжик посмотрел на свою миску с молоком. Потом на Шарика. Потом снова на миску.

— Иди сюда, — сказал он и подвинулся.

Шарик не поверил.

— Правда можно?

— Конечно. Иди, пока не остыло.

Щенок подбежал к миске и начал жадно лакать. Рыжик сел рядом и смотрел. Молоко исчезало на глазах.

— Почему ты со мной делишься? — спросил Шарик между глотками. — Ведь ты сам так любишь молоко!

Рыжик удивился вопросу.

— Ну а как иначе? Ты такой голодный, тебе точно нужнее. А Аня мне ещё нальёт, она добрая.

Когда миска опустела, Шарик улёгся рядом с Рыжиком на крыльце. Впервые за много дней ему было тепло и не так страшно.

А потом из дома вышла Аня, увидела щенка и позвала маму. Мама сначала покачала головой, но посмотрела на мокрый комочек у крыльца — и вздохнула. К вечеру она уже звонила соседям с улицы Садовой, которые давно мечтали о собаке.

Так Шарик обрёл дом.

Правда, новые хозяева первое время боялись выпускать его на улицу — вдруг убежит, вдруг потеряется снова? И Рыжик с Шариком долго не виделись. Рыжик иногда вспоминал того мокрого щенка и думал: интересно, как он там?

Глава вторая: Старый амбар

Рыжик рос, но оставался таким же любопытным, как все котята. Ему нужно было всё разведать, везде залезть, всюду сунуть свой рыжий нос.

На краю двора стоял старый амбар. Большой, тёмный, с тяжёлой дверью, которая всегда была чуть-чуть приоткрыта. Все дворовые звери обходили его стороной.

— Не ходи туда, — говорил старый кот Василий. — Нечего там делать.

— Плохое место, — соглашалась ворона Клара. — Держись подальше.

Но чем больше его отговаривали, тем сильнее Рыжику хотелось узнать: а что же там такого страшного?

И однажды он не выдержал.

Протиснулся в щель, прошёл по пыльному полу мимо старых мешков и ржавых вёдер, залез по лестнице на второй этаж...

И тут увидел их.

Крысы. Много крыс. Целая стая серых крыс с длинными хвостами и недобрыми глазами. Они сидели вокруг, и одна, самая большая, медленно подошла ближе.

— Смотрите-ка, — сказала она. — Обед сам пришёл.

Рыжик попятился, но позади уже были другие крысы. Они окружили его со всех сторон. Сердце котёнка колотилось так сильно, что казалось — сейчас выпрыгнет.

И тут снаружи раздался громкий лай.

Дверь амбара распахнулась, и внутрь влетел пёс — большой, рыжевато-коричневый, с громким голосом. Он лаял так, что задрожали стены. Крысы бросились врассыпную, исчезая в щелях и дырах.

Через минуту амбар опустел.

Рыжик стоял, всё ещё дрожа. А пёс подошёл к нему и... завилял хвостом.

— Шарик? — не поверил Рыжик. — Это ты?

— Я, — сказал Шарик. — Вырос немножко. Я теперь живу тут рядом, на Садовой. Меня уже выпускают гулять. Шёл мимо, слышу — шум какой-то...

— Ты меня спас, — сказал Рыжик тихо.

Шарик склонил голову набок, будто не понял.

— Ну а как иначе? Друзья не бросают друг друга в беде.

Они вышли из амбара вместе. На улице светило солнце, и старый двор уже не казался таким страшным.

С того дня они снова были вместе — рыжий котёнок и подросший пёс. Играли во дворе, грелись на крыльце, и Аня иногда выносила им обоим по миске молока.

А если кто-нибудь спрашивал, почему они такие друзья — ведь кошки и собаки обычно не дружат, — Рыжик и Шарик только переглядывались.

Ну а как иначе?